Ни один врач не может дать пациенту 100% гарантии на исцеление, даже если пациенту пять лет. 

Ким умер 11 июля в детской больнице. «Если бы сыну вовремя диагностировали сепсис, то у нас были бы неплохие шансы спастись», говорит мама, Светлана Словинская. Пока идет следствие, мы попытались разобраться в ситуации и представить мнения разных сторон. 

Ошибки ценой в жизнь

Светлана Словинская привела своего ребенка с температурой в клинику. Через шесть дней она написала на своей странице в Facebook

Я хочу это здесь написать. Я не могу ничего не делать. Я не хочу никого заранее обвинять, это дело следствия, я постаралась только сухо факты. Делайте выводы о том, что происходит в наших больницах и почему умирают дети.

10:20 10.07.2017 Ребенок с 38,5 понос.

Приезд в поликлинику “Амеда”, что находится по адресу с Софиевска Борщаговка, ул Южная 7.

Полное обследование на УЗИ желудка и 12-п кишки. Также дополнительно УЗИ органов брюшной полости и забрюшинного пространства. Врач Лизогуб Е.Л.

Заключение - УЗ-признаки реактивных изменений печени, стенки желчного пузыря, поджелудочной железы.

10:50 Клинический анализ крови (1 сутки)

11:00 Прием у педиатра Андрющенко О.С. (это было ближайшее время)

Заключение - общее состояние средней степени тяжести. Диагноз - интестинальный синдром, гипертермический синдром. Острый аппендицит?

11.30 Выезд по рекомендации в стационар “Амеды”, которая находится на базе КГДБ № 1 по адресу Богатырская 30, по предварительной договоренности с врачом.

12.40-13.00 приблизительно. Прием у врача Барабаш Т. В Проведено следующее:

Забор крови ( непонятно куда пропал общий анализ крови из пакета документов, под вопросом или делали вообще его)

Консультация хирурга . Рекомендация: наблюдение в динамике. При усилении болей повторная консультация хирурга. Хирург не проводил беседу с родителями, потому что сразу после осмотра ребенка отправили делать рентген. Рентгенография грудной клетки (непонятно почему не сделано брюшной полости). Со слов Барабаш, хирург смотрел аппендицит не подтвердил.

Первоначально в плане обследования указан врач инфекционист, но по факту не было.

Диагноз Барабаш – ОВИ (острый вирусный грипп), ОКИ ( острая кишечная инфекция). Направление на госпитализацию в инфекционное отделение КГДБ №1. Что находится в соседнем корпусе. Все бумаги передает медсестра.

14.20 Прием в инфекционном отделении. Фамилию врача не знаю. Так как отсутствует документация. Взят мазок. Диагноз - Ротавирус. Ложимся в стационар.

На все просьбы родителей обратить внимание на сыпь, были ответы комары, потом подождать до завтра. Врач обратил внимание на отсутствие мочи и жесткое дыхание. У нее не было предположений, что это может быть.

3.00 пришла медсестра и отключила капельницы. Сказала утром продолжим.

6.30 приблизительно. У ребенка начинаются галлюцинации. Сразу позвали персонал. Давление не измеряется.

Врач ( не знаю фамилии) делает тест на менингеальные признаки ( по предварительной консультации с независимыми врачами это не обязательно еще менингит). Принимает решение ввести ребенка в искусственную кому, вентилируемое дыхание ( подключен баллон с кислородом).

7.30 Реанимационная скорая перевозит ребенка в Инфекционную киевскую детскую больницу по адресу Дегтяревская 23. Минут 10 скорая с ребенком ждет пока принесут выписку, в которой уже появляется диагноз - менингит.

8.30 В реанимации

9.10 Давление стабильно

16.00 Смерть ребенка…

На вскрытие диагноз - первичный сепсис, вторичный менингит.

Со слов заведующей реанимации, - сначала повреждены внутренние органы, впоследствии мозг.

Педиатр подтверждает - перитонит.

Как чувствовал себя Ким накануне 

– Когда у ребенка появилась температура, мы срочно выехали из Карпат. – По дороге пару раз у него был понос. Поскольку скорая помощь к нам не едет, пришлось дождаться утра и пойти в поликлинику. В поликлинике педиатр оценил состояние средней тяжести, при этом ребенок бегал и даже шутил. А потом было все то, о чем я написала у себя на странице. Сейчас идет расследование, и пробиться к врачам практически невозможно.

Что выяснили родители Кима

– Мы с мужем стали разбираться: в чем же дело? Почему это произошло с нашим сыном? После консультаций с разными людьми и врачами мы со всеми анализами сына обратилась к онкологам, которые, изучив их, сказали, что наш сын, оказывается, болел нейтропенией. Об этом свидетельствовали результаты анализов, сделанных за месяц до трагедии. Тогда Ким перенес гнойный отит. Его вылечили, но педиатры так и не смогли установить нейтропению. В то время нам срочно нужна была помощь гематологов. Сейчас установить истинную причину нейтропении уже невозможно. Скорее всего, у Кима была какая-то иммунная патология, а иммунитет ребенка не справился с кишечной инфекцией, что и привело к сепсису.

– Наш Кимка в КГДБ №1 нуждался в интенсивной терапии. Его можно было спасти.

Когда сына приняли в инфекционное отделение на Богатырской, то диагностировали ротавирус без единого анализа. Не было ни анализов крови, ни мочи, ни других. Диагноз ставился «на глаз». При этом состояния ребенка постоянно ухудшалось, а врачи никак на это не реагировали.

– Высокая температура, отсутствие мочи, ухудшение дыхания, учащенный пульс, появление сыпи и отсутствие сна… Все это происходило на глазах у врачей на протяжении 16 часов, но они не предпринимали никаких действий. Все, что нам удавалось добиться от дежурного врача: «Посмотрим, что будет утром». А утром начались галлюцинации, и вновь без единого анализа ставится диагноз – менингит. Кима вводят в кому, ставят искусственную вентиляцию легких и отправляют в инфекционную реанимацию на Дягтеревскую, где реанимация занимается не сепсисом, а менингитом. Если бы сыну вовремя диагностировали сепсис, то у нас были неплохие шансы спастись.

Светлана Словинская с сыном Кимом

Фото со страницы Светланы Словинской в Facebook

Заявление клиники

На странице в социальной сети 18 июля семейная клиника «Амеда» сделала заявление в связи со сложившейся ситуацией

Коллектив Семейной клиники «Амеда» приносит глубокие соболезнования семье в связи с невосполнимой потерей ребенка.

Учитывая широкий общественный резонанс, который получила история, причины которой пока не установлены, считаем необходимым внести разъяснения.

Ребенок никогда не находилась на лечении в детском стационарном отделении Семейной клиники «Амеда».

Мы подтверждаем слова мамы ребенка в части хронологии предварительного обследования и консультирования.

Действительно, 10 июля 2017 мама с ребенком обратились в амбулаторное отделение нашей клиники, где было проведено прием врачом-педиатром и установлен предварительный диагноз. После этого маму с ребенком немедленно направлены в детский стационарного отделения нашей семейной клиники с целью дальнейшего дообследования, уточнения диагноза и лечения.

По результатам осмотра и дополнительного обследования ребенка в приемном отделении КГДКБ №1, которое продолжалось около 30-40 минут, заведующий детского стационарного отделения «Амеда» срочно направил ребенка на госпитализацию в инфекционное отделение государственного специализированного медицинского учреждения, поскольку инфекционная патология, которая была диагностирована, не входит в перечень услуг, которые могут предоставляться детским стационарным отделением нашей семейной клиники по лицензии.

К сожалению, после госпитализации ребенка в инфекционное отделение государственного специализированного медицинского учреждения КГДКБ №1, то есть с 14.30, 10 июля, специалисты клиники «Амеда» не имели ни юридического, ни физического воздействия на дополнительный диагностический процесс и план лечения в государственных лечебных учреждениях.

Установление причины такого молниеносного развития и течения патологического процесса - компетенция соответствующих инстанций.

Со своей стороны, мы заинтересованы в установлении истинной информации и открыты к сотрудничеству со всеми компетентными органами, которые проводят экспертизы.

Понимая горе и боль родителей, просим представителей СМИ, пользователей социальных сетей и общественность не делать преждевременных выводов, не транслировать информацию, которая не соответствует действительности.

Еще раз приносим глубокие соболезнование семье и искренне надеемся на справедливое расследование причин этой трагедии.

Мнение специалиста

Далеко не каждый врач согласился высказаться по этому случаю. Редакция благодарит эксперта – инфекциониста Лидию Вовк за комментарий.

Лидия Вовк Врач-инфекционист

Мне неимоверно жаль, что все так произошло. Мои самые искренние соболезнования матери ребенка. Я привыкла отвечать за свои слова, и, как врач, просто обязана смотреть на ситуацию трезво. Мы должны понимать, что у нас пока имеется только точка зрения матери. К сожалению, информации пока мало. Мы точно не знаем, когда ребенок заболел, как лечился дома, имелись ли у него хронические заболевания. Сказать, что ничего не делали? Делали. Недостаточно?! Сложно сказать, не знаю...

– Если речь идет о сепсисе, откуда первичный очаг? Выдавили прыщ? Если врачи действительно установили «первичный сепсис», то мы должны понимать, что эта патология бывает молниеносной, и в таких случаях, к сожалению, шанс на благоприятный исход минимальный, –  поясняет Лидия Михайловна.

– Безусловно, все мы люди, и эмоции в таких случаях, как правило, преобладают… Но если говорить по делу, то в данном случае должна быть точка зрения не только матери, но хотя бы медицинская документация. Мы видим, что ребенка осматривало много врачей, но диагноз так никому и не был понятен. И, наконец, скажу самую неприятную вещь – то, что маме кажется незаконным, понятным и очевидным, на самом деле может оказаться не так. Конечно же, эмоционально я на стороне мамы (здесь и речи быть не может!), но как профессионал, я понимаю, что здесь нужно разбираться.

Ким

Фото со страницы Светланы Словинской в Facebook

Защита прав пациента в Украине

Что делать, когда пациент не получает должного медицинского обслуживания или становится жертвой существующей системы? Существуют ли в нашей стране реальные механизмы защиты прав пациента? Об этом мы поговорили с юристом благотворительной организации «Всеукраинская сеть ЛЖВ» Светланой Белай.

Светлана Белай Юрист "Всеукраинской сети ЛЖВ"

Жалобы со стороны пациентов в нашей стране не редкость, но, к сожалению, реальных способов защиты людей от существующей системы не существует.

– Вы почти ничего не сможете доказать. Когда дело доходит до судебного разбирательства, то мы, естественно, вынуждены делать экспертизу, специалисты которой находятся в тесной взаимосвязи с врачами.

Может, нам необходимо поменять законы?

– Законы у нас прописаны замечательно, и они соответствуют всем принятым нормам цивилизованного мира. Проблема в том, что эти самые законы не соблюдаются, а коррупция полностью охватила всю систему, и пациенту в таких условиях сложно что либо доказать и отстоять свою правоту. В таких случаях мы имеем дело с медицинской документацией, переделать которую для врачей проще простого. И как тут защитить пациента?! Человеку, который столкнулся с ненадлежащим обслуживанием в медицинском учреждении, я настоятельно рекомендую найти хорошего адвоката, но при таких условиях, конечно же, сложно давать какие-то гарантии.  

Что следует поменять в стране, чтобы пациент чувствовал себя защищенным?

– Нужны реформы в медицине, правоохранительных органах и судебной системе. Только при таком комплексном подходе мы сможем выйти на результат. Все эти структуры должны работать по правилам, без коррупционной составляющей. Тогда все встанет на свои места. Пациент сможет подать жалобу, правоохранительные органы начнут заниматься конкретным делом, будет проведена независимая экспертиза, и при таком положении дел возможно справедливое решение суда. Без реформ, к сожалению, ничего не получится, и мы дальше будем топтаться на одном месте.

Поможет ли медицинская реформа?

Бесспорно, отечественная медицина нуждается в кардинальных изменениях. И касается это не только организации лечения пациентов, но и диагностических и лечебных критериев. К сожалению, ошибки врачей в Украине не редкость. Об этом говорят общественные организации и известные врачи страны.

В Украине лет десять идет эпидемия коклюша, но это тщательно скрывается. Мы не знаем статистики смертности. Ребенок при коклюше может умереть от остановки дыхания или воспаления легких, но при этом во всех справках будет написано: «Воспаление легких». О коклюше не узнает ни одна живая душа, – доктор Комаровский.

В нашей стране до сих пор нет современных диагностических и лечебных протоколов. В странах Европы или в США та или иная болезнь у любого врача диагностируется и лечится по протоколу. У нас же ситуация иная… У каждого врача свои методы, и список лекарств также различный. Когда все встанет на свои места? Вопрос, похоже, риторический, учитывая с какими сложностями пытаются внедрить медицинскую реформу. А между тем, мы продолжаем «лечиться» ненужными лекарствами, оплачивать бесплатные услуги и все чаще расплачиваемся своим здоровьем и даже жизнью.

А случилось бы такое с Кимом, если бы наша медицина работала по международным правилам и нормам? К сожалению, ответа на этот вопрос нет. Врачебные ошибки есть везде – и в Украине, и в Германии, и в США… Другой вопрос – как на это реагируют соответствующие органы и общественность?

В США у каждого врача есть очень дорогая страховка. Американские пациенты защищены от неправомерных действий врачей, и за любое «неудобство» (а тем более ошибку) на врача и медицинское учреждение пациент подает в суд, и поверьте, у пациентов, как правило, неплохие шансы выиграть дело. В Украине такого практически не существует. В нашей стране практически невозможно установить истину, поскольку система почти полностью закрыта для пациента и общественности, и в таких условиях требовать соблюдения прав пациента и обязанности врача – сложно.

Другая проблема – диагностические и лечебные протоколы. Уже давно, как современная медицина работает с едиными диагностическими и лечебными протоколами. Это значит, что в каждом конкретном случае, когда у пациента имеются определенные симптомы и жалобы, врачи всех медицинских учреждений проводят определенный алгоритм действий. Нам сложно сказать, смогли бы спасти ребенка Светланы, например, немецкие врачи… Однако применение единых (стандартизированных) протоколов существенно ускоряет время и точность постановки диагноза.

Введение международных диагностических и лечебных протоколов – один из элементов реформы украинской системы здравоохранения, которая сейчас принимается с большим трудом, и до сих пор непонятно, сможем ли мы реформировать нашу медицину.

Недавно в Украине прошла презентация системы E-Health, как одного из компонентов реформы. Электронная медицина предусматривает наличие базы данных пациентов, электронных карт, рецептов и электронные записи к семейным и другим врачам. То есть, каждый врач сможет получить доступ к личному делу пациента. Это крайне важно, особенно в экстренных случаях, когда врачам нужно принимать решения, от которых зависит здоровье и жизнь больного. Когда специалисты в течение нескольких секунд смогут ознакомиться с историей болезни пациента (например, установить наличие аллергии на лекарства и другие особенности), то это существенно облегчит работу врачам и позволит в короткие сроки принять правильное решение. Немаловажным преимуществом электронной медицины является и защита пациента, поскольку в данном случае все взаимоотношения  между пациентами и врачами будут более прозрачными.

Это хорошая новость. Плохая состоит в том, что 13 июля народные депутаты так и не рассмотрели реформу здравоохранения. У них каникулы. 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: